Наивные люди

В один прекрасный день, а именно 23 сентября 1901 года по старому стилю в Москве произошло одно довольно заурядное событие. А именно: один прекрасный обыватель (из деликатности газеты называли его просто А-в) зашел в один довольно заурядный ресторан – "Прогресс" – поужинать. По старому московскому обычаю, он заказал себе поесть и выпить (почему-то москвичи всегда считали для себя позором в ресторане не заказывать спиртное, даже те, кто за рулем, обычно выпивают кружку пива, а после целый вечер смотрят на часы – когда та кружка выветрится), и с аппетитом принялся за трапезу.
Но тут к спокойному, добропорядочному обывателю подошла какая-то милая дама, и попросила – просто так, ни с того ни с сего, на голубом, что называется, глазу - угостить ее водкой. Что делает наш мещанин? Интеллигентно отказывает? Возмущается наглостью женщины? Берет ей водку и, как всякий осторожный человек, быстренько приканчивает ужин и идет домой? Нисколько. А-в, не скрывая своей радости от приключения, заказывает для любезной дамы этот незатейливый напиток и заводит милый разговор.
Что делает та дама? Действует по классической схеме. Сначала приглашает к столу невесть откуда взявшуюся компаньонку (которая, конечно, тоже любит водку), а затем – ну надо же какая радость! – в ресторане появляется некий довольно симпатичный господин, которого любительницы хлебных вин, опять таки, на голубом глазу, рекомендуют, как своего давнего знакомого. Для А-ва той рекомендации вполне достаточно. "Вся эта компания пила и ела за счет А-ва, а после ужина предложила ему проехаться за город," – спокойно, как о деле разумеющемся, сообщает криминальный репортер "Московского листка".
Дальнейшее развитие этого романтического вечера предугадать не сложно. То, что А-в – лопух, уже понятно. Конечно же, он соглашается, конечно же, они садятся на извозчика, едут московскими бульварами, вдруг по дороге заезжают в некий дом, в какую-то квартиру – снова, разумеется, к знакомым этих ресторанных див. Там А-ву, как не трудно догадаться, предлагают стакан пива, тот делает несколько глотков и неожиданно – ну кто бы мог подумать – у него кружится голова и бедный А-в падает в обморок.
Что делают бандиты и бандитки? Разумеется, в первую очередь лишают А-ва содержимого его карманов. А во вторую – нет, не убивают свою жертву, не швыряют ее в водосточный люк и даже не отвозят на другой конец Москвы, а продолжают веселится вместе со своим бесчувственным товарищем.
Прошло немного времени, А-в, наконец, очнулся от отравы и обнаружил, что сидит в какой-то незнакомой комнате, часов и портмоне с деньгами при нем нет, зато имеются в наличии все новые знакомцы. А-в возмущаются, ему немного бьют, после чего выталкивают на сентябрьский свежий воздух.
А-в, хоть и лопух, но больше не питает никаких иллюзий насчет романтического вечера. Он определяет, где находится
(прямо на воротах значится, что был он в доме Пузенкова, в одном из многочисленных в старой Москве Никольских переулков, недалеко от Курского вокзала), идет в полицию и чистосердечно обо всем рассказывает приставу.
Пристав опять таки не мудрствует. Никаких там перехватов, оцеплений, следственных мероприятий и так далее. Все гораздо проще. Пристав выделяет А-ву околоточного надзирателя, А-в приводит его к дому Пузенкова, где в закусочной лавке господина Посыпкина сидят А-вовы обидчики и продолжают развлекаться. Пристав отводит всю компанию в участок, где выясняется, что женщины – крестьянки М-ская и М-ва, а мужчина – "проводник Сибирских поездов мещанин Н-в".
Такая вот спокойная история из жизни старой, доброй и богоспасаемой Москвы. А теперь самое интересное – обе крестьянки (а под этим словом подразумевается, конечно же, не род занятий а сословие) оказались профессиональными воровками, судимыми неоднократно. Так что наивность преступников-рецидивистов поражает значительно больше наивности жертвы.