Универмаг для военных

Когда-то это место (нынешний адрес – Воздвиженка, 10) славилось своими дворниками. Московский дворник в прошлом - вообще явление уникальное. Это был очень важный человек. Ведь главная задача все-таки сводилась не к уборке, а к запиранию и отпиранию ворот и наблюдению за тем, что делается во дворе и рядышком на улице. Дворники пользовались уважением у кучеров, кухарок, горничных и прочей челяди. В чеховском рассказе "Умный дворник" этот самый умный дворник даже грамоте обучен. Он, к примеру, сидя на своем посту, читал научно-популярный фолиант: "Разведение корнеплодов. Нужна ли нам брюква?"
- Так написано, что лучше и не надо. Умудрит же господь! - восторгался грамотей.
Правда, в результате дворник на посту заснул и был наказан.

Здесь же дворники были особенные. Дело в том, что в девятнадцатом столетии на этом месте находился дворец богатых золотопромышленников Базилевских. И, как утверждают легенды, домовые доски на этом дворце были сделаны из чистейшего золота собственного, конечно, производства. Вроде бы и хвастовство, и самодурство, с другой же стороны - рекламный ход. Охранялись же доски особенным штатом из дворников - самых рослых, сильных и отважных, отобранных по всей Москве.

Но Базилевские со временем покинули свой непростой дворец, и в 1899 году здесь был открыт Литературно-художественный кружок. Актер Сумбатов-Южин так писал о нем: "В течение трех лет шли подготовительные работы по учреждению в Москве литературно-художественного кружка, где бы могли чувствовать себя "дома" разбросанные по разным редакциям, театрам, консерваториям, студиям, частным кружкам, меблированным нумерам и т. п. лица, представляющие в настоящее время литературу и искусство в Москве. Если признать, что всякое живое дело требует для своего развития и совершенствования общения между собой его работников, то нельзя не удивляться, как могли литература, журналистика, театр, живопись, музыка в Москве так долго обходиться без малейшего намека на объединяющее их учреждение"

И наконец-то все было готово. Один из участников той церемонии, Николай Телешов так описывал это учреждение: "Оно состояло из большого квадратного зала, из узкой и длинной столовой, переделанной из бывшей оранжереи, и еще из одной комнаты в подвале, где был устроен буфет и в стену было вставлено дно огромной дубовой бочки, высотой до потолка, с крупной надписью: "in pivo veritas" - шуточный перифраз известной русской поговорки об "истине"".

А Владимир Гиляровский восхищался: "Роскошные гостиные, мягкая мебель, отдельные столики, уголки с трельяжами, камины, ковры, концертный рояль... Уютно, интимно... Эта интимность Кружка и была привлекательна. Приходили сюда отдыхать, набираться сил и вдохновения, обменяться впечатлениями и переживать счастливые минуты, слушая и созерцая таланты в этой непохожей на клубную обстановке. Здесь каждый участвующий не знал за минуту, что он будет выступать. Под впечатлением общего настроения, наэлектризованный предыдущим исполнителем, поднимался кто-нибудь из присутствовавших и читал или монолог, или стихи из-за своего столика, а если певец или музыкант - подходил к роялю. Молодой еще, застенчивый и скромный, пробирался аккуратненько между столиками Шаляпин, и его бархатный молодой бас гремел:


Люди гибнут за металл...


Потом чаровал нежный тенор Собинова. А за ними вставали другие, великие тех дней.

Звучала музыка известных тогда музыкантов... Скрябин, Игумнов, Корещенко...


От музыки Корещенки

Подохли на дворе щенки,-


сострил раз кто-то, но это не мешало всем восторгаться талантом юного композитора-пианиста".

Впрочем, в скором времени Кружок обосновался на Большой Дмитровке, а здесь в 1913 году известный архитектор С. Залесский выстроил Экономического общества офицеров Московского округа. А над входом ради убедительности разместил фигуры древнерусских воинов.

Магазин получился на славу - своего рода культурный центр. Путеводитель по Москве писал: "Новое 5-этажное, с мансардой и подвалом, здание построено специально для нужд Экономического общества и с таким расчетом, чтобы в 3 нижних этажах размещались торговые помещения, вполне доступные для публики; причем в 1-м этаже помещаются: сапожный отдел, дорожных вещей, табачный, колониальный, мучной, гастрономический и винный; в отдельной 1-этажной с верхним светом пристройке - фруктовый и для дичи; во 2-м этаже - бельевой, хозяйственный, парфюмерный, писчебумажный и ковровый; в 3-м этаже - обмундировальный, офицерских вещей и закройные; кроме того, буфет с гостиной для публики; в 4-м этаже - конторские помещения и в задней части - портновские, офицерских вещей и сапожные; в мансарде - склады товаров; в подвале - расценочные, склады и винный погреб; в подвале под двором - раздевальная для служащих, транспортный отдел, холодильники и котельная".

Кроме того, здесь применялась централизованная насосно-водоводная система отопления и вентиляции - по тем временам абсолютное новшество.

При советской власти профиль этого учреждения остался прежним. Только сменилось название армии. В Мосвоенторге продавалось все на свете - тут были отделы мануфактуры, драпировки и ковров, гастрономии, вино-водочных изделий, канцелярских принадлежностей. И один лишь отдел назывался военным. А на Арбате находился филиал "Все для ребенка".

Правда, кроме городского Военторга в этом здании располагался ЦК ВЛКСМ и писательское общежитие - в нем обитали Безыменский, А. Веселый, Жаров и прочие творцы из объединения "Молодая гвардия". А в редакции журнала "Голос работника просвещения" сотрудничал еще один писатель - Михаил Булгаков. Он относил туда свои эссе о средней школе.

А вот у лестницы военного универсама была слава нехорошая. В 1956 году на ней скончался архитектор Леонидов. Он покупал подарки родственником на 7 ноября, но неожиданно Ивану Ильичу сделалось плохо, и буквально через несколько минут его не стало. Кстати, в историю архитектуры он вошел тоже благодаря одной из лестниц - санатория имени С. Ороджоникидзе в Кисловодске. Это архитектурное сооружение известно на весь мир.

Рядом же сравнительно недавно стоял памятник Калинину, сидящему в бронзовом кресле. Это один из трех московских монументов, удостоенных особой чести. После провала августовского путча 1991 года памятник сняли с постамента и отвезли к Центральному дому художника.

Юрий Лужков писал в воспоминаниях: "А затем, совсем уже ночью, я приезжал на проспект Калинина посмотреть, как свергают еще одного идола - "всесоюзного старосту", подписавшего в свое время столько указов о расстрелах и арестах, сколько, наверное, не довелось никому в истории.

Людей было уже меньше. Обстановка рабочая. Покончили с Калининым довольно быстро. Появился навык".

Перед Всесоюзным дедушкой сносили изваяния Дзержинскому и Свердлову.

Постамент (гранитный кубик с надписью "Михаил Иванович Калинин") простоял еще два года. Создавалось впечатление, что сам Калинин прячется где-то внутри. И лишь в конце 1993 года его убрали, чтобы переделать в закладной камень детского "Парка чудес" в Нижних Мневниках.