Поэт Пушкин и его враги коты

Всем известны стихи Александра Сергеевича Пушкина:

У лукоморья дуб зеленый;

Златая цепь на дубе том:

И днем и ночью кот ученый

Все ходит по цепи кругом;

Идет направо — песнь заводит,

Налево — сказку говорит.

Там чудеса: там леший бродит,

Русалка на ветвях сидит.


Впрочем, прервемся. Прервемся и подумаем: а почему вдруг такой замечательный кот - и ходит по цепи?

Даже не сидит на цепи - что было бы, конечно, унизительно по отношению к свободолюбивому хвостатому четвероногому, но, по крайней мере, не так больно. А тут! Только представьте себе: грубые, плохо обработанные металлические звенья, нежные розовые лапки. Да, золото считается мягким металлом - но все равно не перина!

Многие высоколобые исследователи всерьез утверждают, что причина скрыта в традиционной для русской культуры демонизации кота, и золотая цепь является прямым следствием этой демонизации, якобы, впитанной Пушкиным вместе со сказками няни Арины Родионовны. Но достаточно вспомнить, каким легким, эфирным и, по большому счету, несерьезным человеком был Александр Сергеевич, чтобы понять: подобная конспирология для него в принципе неприемлема.

В действительности все гораздо проще. Пушкин котов не любил. Что, в общем, понятно - иначе и не появилась бы эта цепь.

Да, Пушкин был любвеобильным человеком. Он уважал хорошую компанию, французское шампанское, пожарские котлеты, трюфли Яра, остроумную шутку, любил валдайских девушек, которых называл податливыми, вообще любил женщин. Но вот котов не любил. И никто в эпоху Пушкина их не любил. Кот воспринимался как исключительно функциональное животное, ничем, по сути, не отличающееся от курицы или свиньи. Курица несла яйца, свинью резали на Рождество, кот ловил мышей. Точка. Никакой нежности ни к курице, ни к свинье, ни к коту никто не испытывал. И выставить кота на цепь - святое дело.

Существует масса подтверждений отрицательного отношения Пушкина к кошачьим. В той же поэме "Руслан и Людмила" коварная ведьма Наина, чтобы умертвить Руслана, обращается кошкой.

Явно без любви описан кот в поэме "Граф Нулин":


Так иногда лукавый кот,

Жеманный баловень служанки,

За мышью крадется с лежанки:

Украдкой, медленно идет

Полузажмурясь, подступает

Свернется в ком, хвостом играет,

Разинет когти хитрых лап

И вдруг бедняжку цап-царап.


В стихотворении "Послание к Галичу" имеются такие строки:


Мурлыча, в келье дремлет

Спесивый, старый кот.

А это "Сказка о попе и его работнике Балде":

Вынырнул подосланный бесёнок,

Замяукал, как голодный котёнок…


Что называется, без комментариев.

Характерно, что в сознании даже образованного читателя история с ученым котом логически никак не увязывается с самой поэмой. Кот - это одно, а Руслан и Людмила - совершенно другое. Никто из нас, читая эту сказку, не держит в голове тот факт, что автору ее на самом деле намурлыкал кот, хотя Александр Сергеевич сообщает об этом прямым текстом:


И там я был, и мед я пил;

У моря видел дуб зеленый;

Под ним сидел, и кот ученый

Свои мне сказки говорил.

Одну я помню: сказку эту

Поведаю теперь я свету...


Без сомнения, в обозримом будущем хвостатый пленник отомстит своему злобному создателю. Сказка "Руслан и Людмила" через этого кота вот-вот получит стикер "18+" и таким образом просто перестанет быть детской сказкой. Формулировка более чем очевидна: "натуралистичное описание издевательства над животными без осуждения этого действия".

Ну и поделом злодею каторга.