Город русских космистов

Калуга - город нереальный. В который раз туда не приезжай - все кажется, что это был какой-то странный сон. Ну не может в действительности существовать такой город.


Ничем, казалось бы, не примечательная русская провинция, которая вдруг делается цитаделью освоения космических пространств. Почему-то именно сюда из Боровска вдруг переводят Константина Циолковского

А другой ученый с мировой известность, тоже космист, Александр Чижевский? Не многовато ли для небольшого городка?

Простые калужане думают, что нет, не многовато, относятся к такому феномену, как к чему-то само собою разумеющемуся. В магазинах на центральных улицах в одном ряду с шампунями, электроутюгами и посудой стоят "люстры Чижевского" и никого не удивляют.

А неширокие горбатенькие переулочки, которые выводят пешехода в самые неожиданные части города и никогда почти что не пересекаются друг с другом под прямым углом? А дома, которые стоят на этих улочках - архитектуры странной, сумасшедшей, неземной? А глубочайший овраг, перерубающий Калугу в самом центре на две части? А древнеримский мост в пятнадцать арок, переброшенный через овраг?

Вам этого мало? Тогда поезжайте в Калугу, продолжите список.


* * *

Первое упоминание о городе Калуге относится к 1371 году. После чего о ней на время забывают и, по большому счету, вспоминают только в 1606 году, когда Калуга неожиданно для всех становится центром восстания под предводительством Ивана Болотникова.

К тому времени Калуга совершила переезд - ранее город находился выше по речке Яченке, на Симеоновом или Мироносицком городище. Академик Зуев так его описывал: "Городище сие окружено высоким земляным валом с воротами или проездом и глубоким рвом с одной только восточной стороны; с двух же противоположных сторон окружено глубокими буераками и не столь высоким валом, а с четвертой подошел крутой яр, составляющий берег реки Яченки, на котором, также виден небольшой вал. В середине оного находятся некоторые ямины, довольно глубокие, но ныне заросшие, которые положением своим одна подле другой кажутся оставшиеся после погребов. Фигура сего городища продолговато- четырехугольная; в длину оно имеет 310 больших шагов, а поперек 150; от валу видны были раскаты, по углам башни, и с трех сторон проезды или ворота. Из ям одна тройная, глубокая, расположена поперек городища, и недалеко от оной имеется другая о четырех ямах и расположена по длине городища".

Да, что касается вопросов безопасности, старое место было несколько удобнее. Но развитию города больше способствовало расположение на судоходной Оке.

Спустя столетие Калуга украшается настолько, что способна в полной мере очаровать заезжего туриста. Один из них, московский батюшка Иван Лукьянов писал в 1700 году: "Град Калуга стоит на Оке реке, на левой стороне, на горе, высоко, красовито; немного таких городов в Московском государстве. А города нет; был деревянный, да сгорел, только башня одна с проезжими воротами осталась. А церквей в нем каменных - 11, деревянных - 18. Жильем зело пространен; люди зело доброхотны; приволен зело хлебом и овощом и лесом всяким и дровами доволен; другова поискать такова города в Московском государстве; площадь торговая зело хороша, рядом такожде много, торговых людей весьма много и зело проходцы в чужия земли с купецкими товары: в Сибирь, в Китай, в немецкия земли, в Царь-град".

В 1708 году город вошел в Московскую губернию, а в 1776 году поднял свой статус - было образовано Калужское наместничество. В должность заступил первый калужский губернатор - М. Н. Кречетников. Изменения, постигшие Калугу, были, что называется, разительны. Исследователь Щепетов-Самгин писал о времени его правления: "Возведено было много новых красивых каменных зданий, изменено направление улиц, которые сделались широкими и прямыми, исключая весьма немногие, оставшиеся в прежнем виде; некоторые церкви перенесены на другое место. Ветхие казенные дома старого острога - гауптвахта, канцелярия, воеводский дом - были сломаны, и вместо них по линии от Покрова к рядам, против собора, выстроено огромное двухэтажное здание присутственных мест в виде буквы П, вчерне стоившее казне 200 000 руб., а на месте воеводского дома - большой деревянный дом для наместника. Старые деревянные лавки перенесены были на хлебную площадь, а вместо них выстроен каменный гостиный ряд в готическом стиле. Мясные ряды переведены в Березуйский овраг, а кузницы... к Московским воротам. Московская улица проложена вновь по тому направлению, по которому идет ныне. Поперек города, с запада на восток, проложена Садовая улица, оканчивающаяся двумя круглыми площадями".

Фундаментальнейший комплекс Присутственных мест выстроен был в 1785 году, а в 1788 появился не менее масштабный Гостиный двор. А в 1796 году определяется окончательный статус Калуги - центр Калужской губернии. Вскоре после этого в городе появляется прекраснейший архитектурный памятник - дом Золотаревых (ныне - краеведческий музей). А "Большой географический словарь Российской империи" за 1804 год дает Калуге лестное определение: "Жители города Калуги наибольшею частью торговые люди, и хотя не все зажиточные, однако малым промыслом купно взирая на изобилие и дешевизну съестных припасов, живут весьма довольно. Народ весьма здоровый, постоянный, честной и спокойный, женский пол чист, здоров и тих".

(Последнее, пожалуй, можно считать эталоном женственности того времени.)

Тогда же в калужском журнале "Урания" появляется запись: "Ныне сей город весь почти выстроен по опробованному плану весьма порядочно; улицы расширены, а некоторые вновь проведены, которые, будучи большею частию открыты к рекам Оке и Яченке, очищаются от городских испарин, доставляя городу чистый воздух, делая чрез то в оном здоровый для жителей климат; а бдение полиции и исправность пожарных инструментов сохраняют город от свирепости пожаров… Ощутительно калужане с 1777 года переменили как образ мыслей, так и в поступках, и в обхождениях приметно восприяли совсем новое образование: самая одежда, экипажи, пища, пиры и увеселения появились в новом вкусе".

В 1809 в Калуге появляется целая сеть богоугодных заведений Хлюстиных - явление по тем временам уникальное. Да и по нынешним - тоже. Внешне же Калуга продолжает хорошеть. Гоголь даже сравнивает город с излюбленным своим Константинополем. Николай Первый называет Калугу "бесприданной красавицей". А Иван Аксаков пишет: "Что за чудное местоположение Калуги, особенно теперь, при разливе Оки".

В середине девятнадцатого века украшению города Калугу здорово способствует правление губернатора В. Арцимовича. Один из современников, П. Обнинский писал об этом: "Кто помнит Калугу до и после управления Арцимовича губерниею, тот может засвидетельствовать, до чего скучен и пуст был наш губернский город в эти два окольные периоды и каким оживлением отметилось это промежуточное, светлое и короткое время. Сонный город проснулся, оживился; он стал думать, говорить, действовать, спорить и совещаться в той области человеческого общения, которая живет высшими и чужими интересами, общественными идеалами и нуждами, в которой работают умы и бьются сердца в приподнятом настроении, в которой нет ничего пошлого, злободневного, своекорыстного и узкого, в которой растет и очищается душа человеческая. Сколько новых интеллигентных сил появилось в городе на поприще государственной и общественной службы, как содержательна и интересна сделалась "неофициальная часть губернских ведомостей", какие жизненные темы завладели беседами в свободный вечерний час! Все ожило и работало вокруг, и воскрешенный обыватель уже не мог оставаться изолированным в этом бодрящем, заразительном и обновляющем движении. Какой-то облагораживающий отпечаток лег на всех и на всем".

Разумеется, не все было так радужно, как бы хотелось жителям этого города. Оказавшийся в Калуге публицист-народник Н. В. Шелгунов писал в 1869 году: "Есть под Калугой слобода Подзавалье. Хотя она в административном отношении подчинена 5-му кварталу 1-ой городской части, но слобода эта все-таки не часть города, а деревня, тяготеющая к городу экономически и исключительно им живущая. В Подзавалье более 100 дворов и 70 из них живут исключительно сапожным ремеслом. Всех сапожников, взрослых и подрастающих, считается в Подзавалье более 250 человек. Сапожная статистика Подзавалья дает следующие цифры: Каждый сапожник может сшить в неделю три пары сапог, а в год не больше 140, следовательно, все Подзавалье сошьет 35000 пар. Каждая пара дает чистой прибыли от 50 коп. до 1 руб., следовательно, вся чистая прибыль составляет от 17500 руб. до 35000; а на каждого отдельного сапожника приходится в год от 70 до 140 руб. Уже из этих цифр видно, что экономическая сторона подзавальского производства не особенно блистательна... Большинство сапожников переколачиваются изо дня в день: чего сегодня выручил, то и проел. Это заставляет их продавать сапоги в лавки или же прямо работать по заказу лавочников, получая от них товар. Лавочная плата 70 коп. с пары, но на каждую пару сапожник делает расходы копеек 20 - гвозди и очищается ему 50 коп... Есть семейства, в которых на одного взрослого мастера приходится трое-четверо ребятишек, которых нужно кормить... Положение таких семейств самое печальное, ибо чем человек беднее, тем все достается ему дороже".

Но экономические трудности случались и во все эпохи, и при всех правителях.

В 1876 году Калуге делают очередной цветистый комплимент. Автор его - человек с тройной фамилией, князь Александр Петрович Оболенский-Нелединский-Мелецкий. Он пишет в "Хронике недавней старины": "Город очень красив, улицы камнем вымощенные, широкие, строения много каменного; два купеческие дома такие, что были бы хороши и в Петербурге. В одном из них жила Императрица, а другой назначен был для покойной Елизаветы Алексеевны. В первом (я внутри не был) убранство главной комнаты стоило хозяину, купцу Золотареву, сказывают, 10 000 рублей… На главных улицах тротуары; аллея, обсаженная деревьями, для гулянья; мост каменный и широкий, одним словом, все хорошо, что едва ли есть другой столько же хороший губернский город".

В 1887 здесь введен в строй водопровод - довольно рано по российским меркам. В 1892 году из Боровска в Калугу переводят учителя математики Константина Эдуардовича Циолковского. С этого момента начинается "космическая" слава города - сюда со всей страны съезжаются ученые исследователи и просто любопытные - поглядеть на "чудака, открывшего причину космоса".

А в 1912 году калужский краевед Дмитрий Малинин пишет: "Приближаясь к Калуге из Москвы… уже со станции Калуга-товарная можно сидеть городские строения. Но Калуга с этой стороны лежит на ровной местности, почему и не производит никакого впечатления. Картина совершенно меняется, когда поезд идет с товарной станции к пассажирскому вокзалу по возвышенной насыпи, пересекая три улицы. Тогда виднеется значительная часть Калуги, раскинувшейся на далекое пространство пестрым узором, посредине которого там и здесь мелькают высокие шпили красивых колоколен церквей. Но не успел еще зритель достаточно всмотреться в живописную картину, как уже мелькают вокзальные здания, и поезд останавливается у обширного двухэтажного вокзала. Это новый Калужский вокзал, построенный в начале XX в… Прежний же, небольшой вокзал лежит за путями, против нового вокзала, и теперь в нем помещается несколько отделений железнодорожного училища. Новый вокзал представляет собою большое, обширное каменное на высоком фундаменте здание, со стороны подъезда скомпонованное в трех корпусах, расположенных в известной симметрии. Построен он в смешанном стиле, столь характерном для modern'а, и бросается в глаза некоторой вычурностью. Вокзал очень поместителен и вполне обслуживает надобности пассажиров".

А Ю. и З. Шамурины писали в 1914 году: "Лучше чем всяческие теоретические доказательства, Калуга разбивает установившееся крепко мнение, что провинциальный город - обиталище скуки, собрание нелепых домов, похожих на казармы или ящики, грязных кривых улиц и переулков… Расположена Калуга по берегу Оки, на высоком косогоре. С противоположного берега, также высокого, красива панорама города с светлеющими среди деревьев главами колоколен и церквей, с невысокими домами и протекающей по глубокой долине Окой. В городе хороши правильно распланированные в Екатерининские времена улицы, сады, бульвары, поросшие вековыми деревьями овраги, так неожиданно и красиво нарушающие строгую планировку улиц, придающие городу живописный и уютный вид".

А в 1915 году в Калуге появились сразу два автомобиля - один у губернатора, а второй - у председателя окружного суда.

* * *

Увы, во времена советские Калуга несколько теряет вид и лоск. А может, требования меняются. Эпидемиолог Ю. Вусович пишет в 1930-е: "Калуга производит впечатление заброшенного "беспризорного" города - скверные тротуары и мостовые с провалами и ямами, разрушающиеся дома и крупные общественные здания (например, прекрасное по архитектуре здание Гостиного двора), поваленные заборы, свалки мусора даже у общественных мест (под городским садом) и по оврагам дают такое впечатление от теперешней Калуги".

Но уже в 1961 году К. Паустовский признается: "В своей жизни я видел много городов и у нас, в Советском Союзе, и на Западе, но ни один город не произвел на меня такого впечатления, как Калуга. Впечатления чего-то родственного, очень культурного и очень русского.

Красота этого города, тонущего в весенней листве пышных садов, великолепие его архитектурных ансамблей и исторических памятников, его оживленная культурная жизнь и широкое развитие промышленности - все это создает хорошую питательную среду для воспитания новой и передовой молодежи".

Город реабилитирован. И, разумеется, овеян космической славой. Ведь тогда же, в 1961 году Гагарин вышел в космос. И в связи с этим событием вспомнили о Циолковском.

Не удивительно, что в 1967 году именно здесь открывают Музей истории Космонавтики, присваивают этому музею имя Константина Эдуардовича и начинают принимать туристов уже не со всей страны, а со всего земного шара. С этого момента город окончательно приобретает статус родины всемирной космонавтики.

 
Подробнее об истории города  - в историческом путеводителе "Калуга. Городские прогулки".