Заголовок
Странный камень янтарь-алатырь
Ранним утром, в подходящую погоду большая часть морских пляжей Калининградской области заполняется довольно странными курортниками. Они не загорают, не купаются и не едят шашлык. Эти люди ползают по берегу и всматриваются в песок. Они ищут янтарь.
Изделия из янтаря, конечно же, можно купить с комфортом и совсем недорого - как в калининградском Музее янтаря, так и около него. Но гораздо интереснее самостоятельно найти янтарик. Если повезет - с застывшим в нем жучком или же мушкой. А уже потом отправиться в музей - сравнить свой собственный трофей с "признанными образцами".
"На море-окияне, на острове Буяне лежит алатырь-камень, а в том камне сила великая, сила могутная, всяку беду отгоняющая, всяку хворь исцеляющая, всяку печаль утоляющая".
Что это за алатырь-камень такой? Ну конечно, янтарь. Действительно, столетия тому назад считалось, что янтарь не только помогает от заболеваний щитовидной железы, но исцеляет вообще от всех болезней, а также придает физическую, умственную, нравственную силу и приносит удачу в делах.

Алатырь-море -
всем морям отец,
Алатырь-камень -
всем камням отец.
Лежит он среди моря,
среди моря синего,
идут по морю много
корабельщиков,
у того моря
останавливаются,
они берут много
с него снадобья,
посылают по всему
свету белому...

Алатырь-море - разумеется, Балтийское. Именно здесь, на территории Калининградской по сей день производится девять десятых мирового объема янтаря. Другие регионы не выдерживают конкуренции.

* * *
Янтарь издревле интересовал людей не только, проживавших на Балтийском море, но и обретавшихся в разных частях земного шара. На заре нашей эры Нерон, император римский посылает специальную экспедицию на Балтику. А Плиний Старший пишет о той экспедиции отчет: "Установлено, что происходит с островов Северного моря и у германцев носит название glaesum, ввиду этого и наши соотечественники, участвовавшие в военных операциях флота цезаря Германика, назвали один из этих островов Glaesaria - у варваров он назывался раньше Аустеравия... Недавно было точно установлено, что от Карнунтума в Паннонии 600 тысяч римских шагов до того берега Германии, откуда ввозится к нам янтарь. И поныне жив еще римский всадник, посланный туда для приобретения янтаря Юлианом, ведавшим устройством гладиаторских игр при принцепсе Нероне. Он обошел некоторые торговые пункты и берега и привез такое огромное количество янтаря, что сетки, защищавшие балкон от диких зверей, скреплены были янтарем, а вся арена и носилки для убитых гладиаторов и все прочее снаряжение, необходимое для игр, были сделаны из янтаря, чтобы создать разнообразие в самой пышности каждого отдельного дня этих игр".
Отдавал должное этим исследованиями и Корнелий Тацит: "Эстии... также обыскивают и море и одни из всех на его отмелях и даже на самом берегу собирают янтарь, который сами называют "глэзум". Но вопросом о природе его и как он возникает, они, будучи варварами, не задавались и ничего об этом не знают: ведь он долгое время лежал вместе со всем, что выбрасывает море, пока наша страсть к роскоши не создала ему славы. У них самих он никак не используется; собирают они его в естественном виде, доставляют нашим купцам таким же необработанным и, к своему изумлению, получают за него цену".
Кстати, тот же Тацит описал самих "варваров эстиев": "Итак, правым берегом Свевского моря омывается земля племен эстиев, у которых обычаи и внешний вид как у свевов, а язык похож на британский. Они поклоняются матери богов и носят как символ своих верований изображение кабана. Это у них заменяющая оружие защита от всего, гарантирующая почитателю богине безопасность даже среди врагов. Они редко пользуются железным оружием, часто же дубинами. Над хлебом и другими плодами земли они трудятся с большим терпением, чем нежели это соответствует обычной лености германцев".
Да уж, можно посочувствовать горю Корнелия Тацита - потрясающей красоты "глэзум" обретается не в Средиземном море, а на Балтике, среди каких-то недостойных "варваров", которые, пусть и трудяги, но молятся матери, защищаются кабаном и не интересуются происхождением этого "глэзума".
С тех пор прошло немало времени, но, по большому счету, ничего не изменилось. И сам янтарь, и его неустанные добытчики все так же вызывали любопытство иностранцев. Артемий Выводцев, российский консул в Кенигсберге шлет в 1898 году в Санкт-Петербург такое донесение: "Янтарь залегает на Земландском побережье на пространстве длиною в пять миль. Ежегодная добыча составляет около 480 тонн при средней цене за один фунт 12 золотых марок. Янтарь добывается из моря сетями и сачками, длинными шестами с лопатами на конце, помощью особых аппаратов или "водолазным путем" (последний из-за большой дороговизны практиковался меньше всего). Самым эффективным считается рудокопный способ добычи. В Пальмникене (ныне поселок Янтарный - АМ.) трудилась целая армия рудокопов, в числе которых были приезжавшие в Восточную Пруссию на заработки русские подданные".
Даже интонация примерно та же, что у Плиния с Тацитом.

* * *
Янтарь сподвигал к романтическому сочинительству.

Поздно, прощай!...
И кора покрывает последнее слово.
Слезы оттуда текут,
источась на молоденьких ветках.
Стынет под солнцем янтарь,
который прозрачной рекою
принят и катится вдаль...
(Овидий Назон, "Метаморфозы").
А Михайло Ломоносов философствовал:
В тополевой тени гуляя, муравей
В прилипчивой смоле увяз ногой своей.
Хотя он у людей был в жизнь свою презренный,
По смерти в янтаре у них стал драгоценный.

Он же писал (от лица тех самых муравьев и мушек) о происхождении янтаря: "Пользуясь летней теплотою и сиянием солнечным, гуляли мы по роскошествующим влажностью растениям, искали и собирали все, что служит к нашему пропитанию; услаждались между собою приятностью благорастворенного времени и, последуя разным благовонным духам, ползали и летали по травам, листам и деревьям, не опасаясь от них никакой напасти, и так садились мы на истекавшую из дерев смолу, которая, нас привязав к себе липкостью, пленила и, беспрестанно изливаясь, покрыла и заключила отовсюду.
Потом от землетрясения опустившееся вниз лесное наше место вылившимся морем покрылось: деревья опроверглись, илом и песком покрылись, купно со смолою и с нами, где долготою времени минеральные соки в смолу проникли, дали ей большую твердость и, словом, в янтарь претворили, в котором мы получили гробницы великолепнее, нежели знатные и богатые люди на свете иметь могут. В рудные жилы пришли мы не иначе и не в другое время, как находящееся с нами окаменевшее и мозглое дерево".
Вряд ли насекомые и впрямь так были рад своим пусть и великолепным, но гробницам. Но с основной своей задачей Ломоносов справился великолепно - описал доподлинный процесс происхождения янтаря с помощью сказочной и романтической истории.

* * *

Янтари служили службу,
Укрепляя прочность уз,
Приносили мир и дружбу,
А порою и союз.
И в Москву царям нередко
По российской той земле
Шли светильники и вазы,
Что поныне есть в Кремле, -

писал поэт Рудольф Жакмьен.
Действительно, янтарь в России был довольно популярен и притом весьма престижен. Взять хотя бы такой документ: "1674 апреля 17, от царя Алексея Михайловича выдал стольник И. Д. Голохвастов шкатулку янтарную сделана подголовашком, оболочно кожею красною, у подголовашка изнутри на кровле зеркало оправлено янтарем, а в нем сделано три ящичка янтарных же выдвижных, да в нем же всякие мелочи янтарных же, в том числе две чарочки, четыре четвертинки, бараночек маленький, обезьянка на стуле, три чашечки маленькие. Под янтарем писаны травки. И то все отдано великому государю в казну".
А чего стоит детективная история с Янтарной комнатой! Впрочем, некоторые всерьез считали и считают, что ее достоинства сильно преувеличены. В частности, некая Елизавета Янькова, жившая в восемнадцатом веке, отзывалась о ней без особой почтительности: "Янтарная комната, про которую столько кричали, когда ее отделали и считали чудом, мне совсем не так понравилась, как я ожидала после всего, что я про нее слышала: я думала, что янтари подобраны под цвет и составлены из них разводы и узоры, а увидела я сплошную мозаику из мелких и крупных кусочков разной величины, вразброд и как попало...
Очень это пестро, но нимало не поражает и совсем не так выходит, как думается, не видав. Может статься, это очень дорого стоило, и редкость, что могли собрать столько янтарей, да только на вид не особенно хорошо".

* * *
Тем не менее, довольно странно, что простой русский народ не знал о янтаре ну ровным счетом ничего. Одна из первых советских жительниц Калининграда, переселившихся сюда после войны, об этом вспоминала: "Понятия не имели, что такое янтарь. Когда с мамой мы жили в подсобном хозяйстве, там были такие огромные куски. Мы их, чтобы поджарить хлеб, бросали в печь. Он сгорает быстро, жар дает. И называли его "канифолью". Канифоль и канифоль - горит хорошо. На пляже много янтаря валялось - и крупный, и мелкий. Его никто не собирал. Это ведь только в последние годы ажиотаж начался. А тогда на него и внимания не обращали".
В действительности, все же обращали. И в 1946 году даже приказ издали: "Ввиду того, что янтарный завод, находящийся в частичной эксплуатации военторга, не может быть эффективно использован как промышленное предприятие, требующее специфического руководства, приказываю:
Передать янтарный завод со смежными цехами и карьером по добыче янтаря, расположенный на станции Пальмникен Земландского района, из системы военторга в ведение Министерства местной промышленности РСФСР".
Прошло чуть более десяти лет, и туристический путеводитель, посвященный достопримечательностям области, писал: "По кромке берега бродят, всматриваясь в воду, искатели янтаря. Сбором янтаря увлекаются очень многие, независимо от возраста. Можно сказать, что почти все отдыхающие отдают дань этому своеобразному виду развлечения. Наиболее удачливым попадается и крупный янтарь, тогда вокруг счастливца собираются окружающие и долго рассматривают прозрачный, налитый солнцем кусочек, стараясь найти в нем доисторическую мушку".
Есть, конечно же, опасность, что подобного охотника покарает земландский фогт Анзельмус фон Лозенберг. Дух его с давних времен витает над балтийским побережьем. Как увидит у кого-нибудь янтарь, сразу же закричит - "Нельзя даром! Нельзя даром!"
И отнимет добычу.
А при жизни он мог и на дереве повесить за такую дерзость. Именно поэтому его душа не упокоилась, а по сей день летает над янтарным побережьем.
Но вероятность встречи с духом, в общем-то, невелика.
 
Подробнее об истории города - в историческом путеводителе "Калининград. Городские прогулки". Просто нажмите на обложку.